Юлия Меркулова: «Детсад, педагогика — дело всей моей жизни, любимое дело»

Заведующая по учебной части йыхвиского детского сада «Sipsik» Юлия Меркулова — наш сегодняшний собеседник.

— По-видимому, делом вашей жизни стал детсад как светлый итог детских впечатлений от его посещения, от ваших воспитателей?

— (Улыбается.) Нет, в детский сад я ходила лишь полдня.

— Полдня, почему?

— До рождения моего брата я была дома с мамой, а затем бабушка с дедушкой решили отправить меня в детский сад, привели туда в первый раз на полдня, так сказать, на адаптацию, а когда пришли за мной – меня в группе не оказалось, получилось, что меня (улыбается) после прогулки забыли на территории в песочнице под грибком. Бабушка с дедушкой решили, что детский сад — это не для меня и наняли няню. Мы тогда жили в Донецке, куда они из Курска после окончания войны были направлены на работу в одну из школ: дедушка, партийный человек, — директором, бабушка — учителем. После смерти дедушки и трагической гибели моего отца, бабушка и мама, со мной, 5-летней, и братом, решили переехать в Эстонию, где, отслужив в армии, остался на жительство старший сын бабушки. Так мы в 1963 году оказались в Эстонии. И здесь я не ходила в детский сад. Через два года пошла в первый класс Йыхвиской средней школы №6, в которой работала учителем моя бабушка.

— Когда же, как открыли для себя чудесный мир детского сада?

— Благодаря маме. В Донецке она работала в школе старшей пионервожатой, а здесь такой работы для неё не оказалось. Ей предложили устроиться в детский сад «Огонёк», няней в ясельную группу. Параллельно мама поступила в медицинское училище, окончив его, стала работать старшей медсестрой. Я часто приходила к ней в детский сад: мне было очень интересно. Мне нравилась эта малышня, всегда с удовольствием играла с детьми. После 9 класса, мама сказала: «Давай, привыкай к труду, — на летние каникулы устрою тебя в детский сад работать нянечкой». Но начинала, всё же, с уборщицы, а потом была и нянечкой.

— То есть, «Огонёк» зажёг в душе огонёк будущей профессии?

— Мне, безусловно, нравилось и работать, и просто находиться в детском саду, но я не планировала связывать свою жизнь с детским садом. Мечтала стать художником-модельером. После окончания школы собиралась поступать в Ленинградское высшее художественно-промышленное училище имени В.И.Мухиной на отделение «Художник-модельер». Я была достаточно хорошо подготовлена. Окончила Йыхвискую художественную школу (училась на курсе Маргариты Остроумовой), любила не только рисовать, но и моделировать-шить-вязать-мастерить. Однако… Мама и бабушка настойчиво советовали пойти в педагогику. И это было в какой-то мере логично, близко и понятно: всё моё детство прошло в специфической атмосфере жизни учителей — тетрадки, подготовка к урокам, школьная жизнь… Бабушка убеждала, что профессия художника-модельера не для меня, не для моего характера – там требуется усидчивость, а я человек активный, эмоциональный. «Ты не сможешь состояться в этом деле», — говорила она мне. И я поступила в Таллиннское педагогическое училище на факультет «Дошкольное образование». Но, всё же, не теряла надежды осуществить мечту — получить художественное образование: представив свои работы, поступила на подготовительные курсы академии художеств, параллельно там занималась – и была счастлива, считая, что именно это – мой будущий истинный мир. Но судьба распорядилась по-своему: я встретила любимого человека – он учился в мореходном училище, через год мы поженились. Оказалось, (улыбается) что любовь и семья — превыше всего (что длилось 36 лет, а 8 лет тому назад мужа не стало). К моменту моего окончания училища мы ждали ребенка. Получив диплом, можно было остаться в Таллинне, но на домашнем совете решили, что мне лучше вернуться в Йыхви, так как муж уходил в море, а главными моими помощниками с рождением ребёнка становились мама с бабушкой.

— А сейчас, оглядываясь назад, не жалеете, что не удалось осуществить мечту?

— Не жалею. Я счастлива, что делом жизни стал детский сад, педагогика — любимая работа. Да и в какой-то мере я реализовала эту мечту: моделировала-обшивала-обвязывала своих дочерей и друзей. Как и в детском саду – при оформлении к праздникам и мероприятиям. Так что действительно была права моя бабушка, когда говорила, что все мои умения: рисовать, моделировать, шить, вязать, мастерить никуда не денутся — реализуются в работе с детьми.

— И где же они начали реализовываться?

— Когда приехала в Йыхви после окончания учёбы, то пошла работать в кохтла-ярвеский детский сад «Do-re-mi», а после декретного отпуска меня пригласила Малле Мальва, заведующая йыхвиским детским садом «Tipp-Täpp», где я работала 20 лет до его закрытия в 1992 году (в том здании потом разместилась художественная школа), точнее, его объединения с «Aatomik» — предыдущее название нынешнего детского сада «Sipsik». И здесь Малле Мальва тоже стала его заведующей, она забрала с собой команду из «Tipp-Täpp», в том числе и меня – и вновь на должность завуча. Мне, конечно, повезло, что я попала работать к Малле Мальва: сначала работала в обычной группе, а после декретного отпуска со вторым ребёнком – ещё год в логопедической группе, а затем она предложила должность завуча. Не сразу решилась её занять, боялась, ведь я ещё такая молодая, малоопытная для такой ответственной работы. 12 групп было в детском саду. Воспитатели – истинные профессионалы. Понимала, что это аванс и старалась оправдать это доверие – работала (улыбается) с наивысшей отдачей. К счастью, у нас с Малле сложились хорошие отношения. Считаю, что она – мой главный учитель, наставник, да и среди моих друзей – первая. Малле во всех отношениях была для меня примером, идеалом. И как она руководила детским садом, и как строила свою личную жизнь, и какой была хозяйкой в доме, и какой была матерью, женой, дочерью. Хотя Малле уже давно на пенсии, но мы до сих пор поддерживаем отношения, дружат и наши дочери. Да и вообще Малле Мальва была в авторитете у всего нашего коллектива, пользовалась уважением. Если у меня до этого и были сомнения о правильности выбора профессии, то, работая под руководством Малле Мальва, убедилась в том, что бабушка и мама были правы: это действительно моё. Все мои качества характера, мои умения, ценности и интересы — всё как нельзя лучше помогали мне в овладении профессией.

— В связи с чем, «Aatomik» был переименован в «Sipsik»?

— После Чернобыльской аварии. Объявили конкурс на новое название – вот так и появился в 1993 году «Sipsik». Раньше все три йыхвиские детские сады — «Sipsik», «Kalevipoeg», «Pillerkaar» были отдельными дошкольными учреждениями, а 10 лет тому назад их объединили в одно – «Jõhvi Lasteaiad», под руководством одного директора – Райли Окс. Кстати, с директором тоже повезло. Райли — идеальный вариант, чтобы управлять тремя детскими садами. У неё есть для этого все качества – знает толк в делах, умеет руководить, сплотить, вести совместную работу. Например, великолепная совместная работа с завучами – планирование, обсуждение, решение всех возникающих проблем. Очень интересно работать.

— Получается, вся ваша трудовая биография неизменно связана с детским садом?

— Нет, я уходила. В то время как Малле Мальва уволилась с работы, уйдя на пенсию (хотя на пенсию уходили в то время в 55 лет, она работала до 65 лет). Сначала – на 1,5 года в кохтла-ярвеский детский сад «Алёнушка» на эту же должность завуча, а потом – на 5 лет в центр «Rajaleidja» (в Эстонии, SA Innove, в рамках европейского проекта было открыто 15 таких центров), который занимался развитием карьерных и учебно-консультационных услуг. Его руководитель Майре Мериоя, ставшая (улыбается) моим мотиватором, пригласила меня туда работать консультантом по карьере, поставив условия: категория эстонского языка — «С1», окончание магистратуры в Нарвском колледже Тартуского университета, что я успешно и сделала. У меня два образования — дошкольная педагогика и учитель начальных классов.

— Но, выходит, любовь к «Sipsik» пересилила — вы вновь вернулись в его стены, на своё прежнее место?

— (Улыбается.) Да, три года тому назад. Хотя в центре тоже было очень интересно работать. Но всегда ощущала, что именно детсад – моё призвание. Очень скучала по его атмосфере – здесь своя энергия, свой мир. Мой рабочий стаж — 46 лет, в том числе – 41 год в детских садах. Я первый месяц на пенсии. Всегда думала, как только выйду на пенсию, то сразу же уйду на отдых. Но пришла пенсия, а я осталась работать — нет смысла сидеть дома. Хочу ещё поработать в нашем коллективе. Как я уже сказала, очень интересно здесь работать.

— Что же это за коллектив, который невозможно покинуть – расстаться?

— Замечательный коллектив: 50 работников и 200 детей, 12 групп, три из них – ясельные. На предстоящий учебный год набирается три группы новичков: две — эстоноязычные и одна — русскоязычная. Как я уже сказала, детское дошкольное учреждение – особый мир, имеет свой дух, определённые ценности, культурный уровень, как и образовательный – наши работники, если нет высшего образования, поступают учиться, оканчивают магистратуру, как и курсы повышения квалификации. Интерес у них к работе — очень высокий. Отсюда и результат, качественный результат, – думаю, и родители видят насколько хорошо организована учебно-воспитательная работа, как стараются учителя и какие ценности в детском саду, с каким удовольствием идут сюда дети. Это всё сказывается на нашем имидже, он довольно-таки высокий. И меня это очень радует. Хочу, чтобы были оценены по достоинству наши учителя, как и помощники учителей, ведь их работа – сложная, очень ответственная: мы растим завтрашний день нашей страны, завтрашнюю смену — помогаем в этом родителям, хотя, в любом случае, ценности в семье, они, наверное, превалируют, но то, дополнительное, что мы даём ребенку – бесследно не исчезает. Наша главная задача – создать для каждого ребёнка все условия.

— Кадры, есть ли здесь проблемы?

— Бывают и перемены: детский сад — это же живой организм. Кто-то уходит на пенсию, уезжает на жительство в другие города и страны, на их место приходят новые работники. Хотелось бы, чтобы было больше молодёжи, но далеко не многие хотят работать в детском саду – работа-то нелёгкая на самом деле, поэтому и предпочитают другие области, даже получив специальное, дошкольное, образование. Да и не каждый человек может работать с детьми — здесь необходимо призвание. К сожалению, не хватает специалистов, и не только у нас – по всей Эстонии. Хотелось, чтобы был детский психолог. Очень серьёзная проблема с эстоноязычными учителями, логопедами, их не найти (русскоязычный логопед у нас есть), в то время как есть эстоноязычный специалист по игровой терапии, а в русскоязычных группах его пока нет…

— На ваш взгляд, что самое сложное в работе завуча?

— (Улыбается.) Ничего сложного нет – одно удовольствие. Работа в детском саду – это даже не профессия, а, как я уже сказала, именно призвание, ведь это не лёгкий ежедневный труд. Например, чтобы стать хорошим учителем, нужно почувствовать, что педагогика – дело всей твоей жизни, как и работать на совесть. Но, всё же, самое главное – любить детей, да и самому в какой-то мере (улыбается) быть немного ребёнком.

— Ваши дети, они пошли по вашим стопам?

— Нет. У нас две дочери — Мария и Тамара, разница в их возрасте — три года. Старшая – юрист по образованию, младшая – человек искусства. И это хорошо. Считаю, что дети сами должны выбирать-торить свои пути-дороги, в том числе и в профессию. Мы никогда с мужем не настаивали, не заставляли их менять свои планы, наоборот, старались поддержать.

— Вы сказали, оценить учителей, как и их помощников, по достоинству – имеете тут в виду повышение зарплаты?

— Да, и не только.

— Кстати, будут ли в сентябре принимать участие в забастовке и учителя вашего детского сада, если не будет повышена учительская зарплата?

— Очень хочется надеяться, что до забастовки дело не дойдёт: новое правительство всё же услышит и школьных учителей, и детсадовских. Крайне необходимо повысить зарплату и помощникам учителей детских садов, у которых она ещё более низкая, а требования к ним – очень большие, причём, постоянно возрастают.

— Последние новости о грядущем переходе детских садов полностью на эстонский язык обучения, как вы считаете, готовы ли они к такой реформе образования?

— Тут главная причина – большой дефицит эстоноязычных учителей: кто же тогда будет учить. И появятся ли они через 5 лет – большой вопрос. Но сейчас пока идут разговоры о том, как этот переход будет осуществляться, какие формы нам будут предлагать. Методики тоже нет, всё ещё продолжаются попытки поиска вариантов – новая форма изучения эстонского языка в детских садах, какой она могла бы быть. Но у нас на сегодня есть своя система обучения эстонскому языку. Из имеющихся 12 групп: шесть — эстоноязычные; одна — языкового погружения, начиная с 5-летнего возраста; пять – русскоязычные, но три из них работают в рамках проекта «Профессиональный эстоноязычный учитель в группе с русским языком обучения», который три года тому назад был введен в детских садах, предусматривающий третьего учителя, эстоноязычного, в русскоязычной группе. В тех же русскоязычных группах, где нет третьего учителя, занятия с детьми проводит один учитель эстонского языка. На мой взгляд, уже сегодня мы делаем в детском саду всё возможное в этом плане.

— Согласно вашему опыту, возможно ли осуществить этот переход безболезненно для детей?

— Однозначно ответить трудно. Для каждого ребёнка — это индивидуально. Но эти «языковые» проблемы видны уже сегодня, когда родители считают, если нас ждёт эстонская школа, то давайте-ка мы переведём ребёнка в эстоноязычную группу — и всё будет в порядке: за два года до школы он изучит эстонский язык и мы пойдем в эстонскую школу. Но не всегда получается желаемый результат – очень страдает детская психика. Например, в русскоязычной среде ребенок был очень успешен, но, попадая в эстоноязычную, у него возникает множество проблем, в том числе и в общении. Если он привык быть лидером, успешным ребёнком, то здесь, непонимание языка, травматично сказывается на жизни ребенка, есть у нас и такие случаи. Но есть и другие, когда всё проходит безболезненно, – легко принимают-вживаются в новую для себя эстоноязычную среду. В то же время, мы – не школа, и всё у нас проходит в игровой форме, когда детям легче изучать язык, как и адаптироваться. Хочу сказать и о том, что достигнутые результаты значительно возрастают благодаря очень хорошему сотрудничеству с Йыхвиской русской основной школой — в основном все наши русскоязычные выпускники идут туда учиться, в том числе и в классы языкового погружения. Вместе мы устраиваем различные мероприятия, в том числе и у нас. Также каждый год проводим круглые столы со школьными учителями… А теперь будем готовиться к большому празднику: в следующем году у нас юбилей — 50-летие детского сада. Да, стены наши, вроде бы, старые, но в то же время – юные: поэтапно обновляются и внешне, и внутри. Например, в прошлом году везде сделан санитарный ремонт. Заметно похорошела и территория, детская игровая площадка, где появились новые аттракционы и долгожданные 3 веранды.

— Интересно, почему вдруг решили пойти в политику?

— Действительно, на последних местных выборах я впервые баллотировалась в Йыхвиское волостное собрание. За годы работы накопилось много касающихся детей и семей вопросовпроблем, к которым очень хотелось привлечь внимание волостных властей, решить их – сказать своё слово в лице мамы и бабушки. В частности, по улучшению оказания социальной поддержки. Но мне не удалось получить необходимое количество голосов, чтобы стать депутатом, однако сейчас являюсь членом постоянной комиссии волостного собрания по образованию, так что не остаюсь вне решения проблем Йыхвиской волости.

— В завершение: какова она, хранящаяся в душе мечта желаний, и не только к 50-летию «Sipsikа»?

— Чтобы ещё долго жил наш детский сад, растил всё новые поколения маленьких йыхвисцев, чтобы они всегда с удовольствием приходили бы сюда, вспоминая потом, став взрослыми, его с любовью. Чтобы в нём по-прежнему было всегда светло и тепло всем — и детям, и работникам: продолжалось бы наше дело.

Антонина Васькина

Фото автора

Источник https://virupanorama.ee/archives/9903

Юлия Меркулова

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.