Почему мне не нравится политическая игра вокруг памятников

Скверные чувства вызывает у меня подготавливаемое наступление Эстонии на советские военные памятники: 244 подобных объекта рабочая группа при Госканцелярии сочла нужным удалить или переделать, и с учётом уже снесённых 188 ещё ждут своего часа.
Не буду много говорить о том, что война с памятниками сама по себе некрасива и вызывает нехорошие исторические ассоциации. Монументы стояли десятилетиями, твои родители или ты сам в детстве ходили к ним, это считалось нормой — и вдруг для кого-то наступает сладостный миг через акт сноса удовлетворить нечто, подозрительно похожее на жажду мести, а кто-то в одночасье «прозревает», что поклонялись не тем, и восторженно или молчаливым согласием встречает грохот молотков на монументах?..
Ладно, Бог с ними, с общеэтическими моментами. Несколько более конкретных поводов усомниться, что тут всё ОК и JOKK.
Нам пытаются внушить, что судьба памятников находится в прямой связи с войной на Украине. Извините, я этой связи не вижу. Что, возле этих, зачастую скромных, объектов собираются митинги в поддержку вторжения на Украину?! Нет. Или на них начертано что-то антиукраинское? Ах да, звёзды… Но звезда как военный символ существует во многих армиях мира, в том числе союзных Эстонии. Упоминание о Великой отечественной и советской армии… Но это лишь обозначает исторический факт, когда люди, сражаясь с фашизмом, не искали для себя какие-то нейтральные флаги, а выбирали вполне определённую сторону, в итоге фашизм и победившую. Зачем затушёвывать этот факт, выхолащивать память, настойчиво уравнивать победителей и побеждённых под общей маркой «жертв войны»? Да, с общечеловеческой позиции, любая война ужасна, но в историческом плане пытаться взлететь над имевшей место жесточайшей схваткой двух сил — это значит всё равно в итоге упасть на одну из сторон.
Проскрипционный список советских памятников пока существует в виде рекомендации, и конкретные шаги начнутся после принятия закона об изменении Строительного кодекса и некоторых других актов. Здесь тоже вижу два спорных момента.
Во-первых, законопроект формулирует некоторые общие требования к памятникам, зданиям, скульптурам, но конкретного списка объектов в законе нет. То есть после его принятия либо хозяин памятника с криком «наконец-то!» сам побежит кромсать монумент, либо из правительства придёт бумага с предписанием это сделать. На что ориентируются в обоих случаях? Очевидно, на заключение рабочей группы Госканцелярии, которое мало что составлено в атмосфере секретности, так ещё и правовой статус этого документа непонятен. Это как если бы в госбюджете не было цифр, а было бы написано «за конкретными суммами обращаться в министерства согласно ранее достигнутым договорённостям». Чтобы быть честным, надо уж тогда включать этот перечень прямо в закон, иначе мы будем иметь дело с печально известной схемой «есть мнение…»
Во-вторых, среди критериев несоответствия памятников значатся «разжигание вражды, оправдание оккупационного режима, агрессии, геноцида, преступлений против человечности или военных преступлений». Если с последним как-то понятно (не ставить памятников в честь персонала концлагерей или мародёров), то «разжигание вражды» в условиях, когда у нас в Эстонии до сих пор нет единого понимания истории, определять довольно сложно. Лишая часть жителей Эстонии разных национальностей близких им памятников, мы раскалываем тем самым общество или укрепляем интеграцию?
Пока даже терминология рабочей группы («красный монумент», «пропагандистский объект»), скорее, напоминает язык вражды.
Памятные знаки — своего рода внешние «якоря» исторической памяти. Их изгнание из публичного пространства вовсе не означает, что исторической памяти, как суммы определённых знаний по истории и отношения к ним, больше не станет. Просто эта память останется только внутри человека, в чисто ментальной сфере, в семьях, в разговорах на кухнях и с близкими друзьями, а попытка лишить её внешней опоры может не ослабить, а, наоборот, усилить эту память, духовно мобилизовать людей. Иными словами, у части народа возникнет, а скорее, окрепнет то же чувство, которое знакомо эстонцам по 40-50-м годам. Внешне общество, может, и будет казаться здоровым и счастливым организмом, но изнутри его будут пожирать «вирусы» скрытых обиды, страха, разногласия и неприязни. Просчитывая последствия войны с памятниками, мы готовы к этому? А если готовы, то какими путями пойдём дальше? Дискуссии о памятниках, как заявил один из нынешних министров, «бессмысленны». Остаётся или внушить значительной части эстоноземельцев, идею об отказе от своих исторических ценностей методом гипноза, или создавать оруэлловское «министерство любви», чтобы следить за «мыслепреступлениями».
А всего-то и надо, по-моему, либо оставить памятники в покое, либо в крайнем случае для удовлетворения самых недовольных их существованием поставить рядом с каждым монументом табличку с изложением взгляда на эту проблему нынешней власти.
На такой компромисс, думаю, большинство согласится. Кстати, это и дешевле для бюджета будет (запланировано потратить 1,6 миллиона евро).
Алексей Наумкин
Поделиться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.